Жанна.

DSCN0278Не пригласить Жанну в группу я не могла. В школе ей очень хорошо давались сочинения. Может из-за того, что много читала, а может это вообще что-то врожденное – чувствовать  слово, находить нужное, складывать в языковые конструкции и получать от этого удовольствие. Потом был библиотечный техникум без продолжения в виде работы. Но, зато, много жизненных приключений, которые складывались у неё сами собой в истории. По своей натуре Жанна не балагур – у неё нет привычки сразу рассказывать о себе. Скорее, наоборот, история звучит только когда на это есть время, место и достойные слушатели. И вот с этим слушателями у Жанны проблема – в повседневной жизни их немного. Меньше, чем требуется с таким масштабом невысказанного. Вот для таких людей и придуман Сторителлинг) А знаю я про Жанну так много потому, что она моя родная сестра, со всеми вытекающими последствиями.

И так, Жанна. Что определяем, как зону роста?

— Научиться рассказывать легко, доверяясь своей спонтанности, без сомнения в том, что собеседники тебя слушают и им интересно.

— Оформить наиболее важный опыт в истории, стремиться не столько развлекать слушателя, сколько сделать его соучастником.

— Сделать язык истории более легким для восприятия.

Сразу скажу, что с последним мы не очень то справились. Ну не может девушка рассказывать простыми предложениями! Все у неё, как в хорошей книге, когда одно предложение на треть страницы и в этом скорее мастерство, чем стремление показать, что писатель владеет этим умением. Решили, что это её почерк, особенность.  В сторителлинге вообще нельзя ни на чем настаивать. Нет никаких строгих норм, и я зык истории у всех разный, в этом и прелесть, что все рассказчики узнаваемы.

Легкость и спонтанность очень связаны с самооценкой. Для Жанны всегда важна обратная связь. Первую свою историю она рассказала сильно волнуясь, а волнение у неё выглядит, как радостная возбужденность. Вот и история, по своей сути грустная и даже трагедийная – «О том, как туалетофобия испортила мою карьеру», прозвучала скорее, как смешная. Во всем остальном она была хороша – и по сюжету, и по структуре, и по языку. Интрига вначале, буквально с первых слов, нарастание напряжения, кульминация, ну, и как положено – вывод, более широкий и глобальный, чем описанная ситуация. Все красиво, слушатели получили свой спектр переживаний и небанальную  историю. А вот что с рассказчиком? Я знаю, что градус переживаний по поводу обратной связи со временем снизится, она станет менее критично относиться к себе, перестанет истолковывать любые реакции слушателей не в свою пользу и, наконец, расслабится и начнет получать удовольствие. Для этого нужен просто опыт. Опыт рассказывания на аудиторию. Так, вобщем — то и произошло. На последних вечеринках  Жанна осталась довольна собой. Может не на 100%, но удовольствия было больше, чем волнения.

Жанна являлась для нашей группы образцом  работы над историей. Она записывала все свои истории, потом многократно повторяла, сокращала, добавляла… То, что слышали мы на встречах и вечеринках – это был результат хорошей подготовки. Говоря о репетициях, я вовсе не исключаю спонтанность. Мало того, вижу в этом необходимость, как этап формирования навыка. Знаю, что в Сторителлинге есть противоположное мнение. Присутствовала на выступлениях, где рассказчик , выходя на сцену, несколько минут просто не мог определиться, о чем бы рассказать, а потом, выбрав сюжет, начинал пересказывать «как это было», надеясь увлечь своими пережитыми эмоциями. Иногда это удавалось, но чаще история звучала, как нагромождение фактов и картинок, какие-то её ветви заканчивались фразой «ну, не суть»…. А суть понять было трудно. Подготовка к выступлению – это уважение к слушателю. Когда навык сложится, появится спонтанность,  и она уже будет другого качества. Имея такую участницу в группе,  мы очень быстро сформировали стандарт – как надо готовиться к выступлению. Еще интересный факт по поводу подготовки. Жанна рассказывает свои истории во время прогулки с собакой – просто идет и повторяет, пока не почувствует, что история звучит как надо. Точно так же поступаю и я. Может, это у нас  семейное, а может это просто хороший способ – ходьба стимулирует и речь, и мышление.

 

      Пароль «Я от Сюзанны»

 

Я местная, родилась и выросла в Питере. Но «географически

невыгодное» замужество забросило меня сначала в Казахстан, а после на Урал. Целых 10 лет я прожила в глухом, уральском, военном городке: родила детей, завела собаку, обросла друзьями, вещами и даже организовала свой бизнес. Но собственная лень привела меня к банкротству, а подросшие дети – к мысли о цивилизации. Последней каплей была потеря шестой по счету съемной квартиры. Я решила вернуться в Питер и начать все заново.

Питер встретил нас негостеприимно. Он нас не ждал. В тот год выдалась очень лютая зима, солнце совсем не показывалось, а ледяной ветер, пронизывающий насквозь мою неубедительную одежонку, и вовсе прописался в городе. Каждый день было темно, холодно, голодно и безрезультатно. Я искала работу.

К поиску работы я подключила родных и знакомых, и со всех сторон мне поступали самые разнообразные предложения. Я старательно штудировала сайты работодателей,  созванивалась по объявлениям, ездила по собеседованиям и … получала отказы. Что-то не устраивало меня, но чаще отказывали мне.

— Нет опыта работы

— Неподходящее образование

— Не устраивает прописка

— Не соответствует дресс-код

Но кто бы мог подумать, что главным камнем преткновения станет мой возраст.  Оказывается, если вы перешагнули 35-ти летний возрастной рубеж, ваши шансы на работу сокращаются втрое.  Каждый день я слышала одно и то же «Мы вам перезвоним», что было равносильно категорическому «Нет». Я была близка к отчаянию.

В очередной раз я направлялась на очередное собеседование по объявлению «Крупной серьезной компании требуется администратор без опыта работы. Удобный график. Достойная зарплата». Офис компании находился на канале Грибоедова, где-то во дворах. Проходя по Невскому проспекту, мимо Дома Книги, я, помня о своем библиотечном образовании, решила попытать счастья и в сфере книготорговли. При всей своей любви к литературе, работа в библиотеке не для меня. Память до сих пор хранит воспоминания о пыльных запасниках,  о гнетущей  тишине читальных залов и о постоянных упреках руководителя библиотечной практики: «Жанна, ходи тише. Жанна, разговаривай тише». Другое дело — книжный магазин, да еще такой огромный и знаменитый, как Дом Книги. Здесь мне все нравится. Здесь я хочу работать. Мысленно я уже представляла, как буду так же ловко шустрить между стеллажами (вся такая деловая и красивая, в фирменном галстучке), как буду помогать-советовать покупателям и быть частью этого красивого и благородного «муравейника».

В отделе кадров меня встретила привлекательная моложавая брюнетка, похожая на Миррей Матье. Узнав о моем образовании и желании работать, она немного погоняла меня по основам библиотечного дела, поинтересовалась личными книжными предпочтениями. Неуверенно ерзая на стуле, я поняла, что последние 10 лет на Урале не прошли для меня бесследно. Я отупела. Ни одного достойного ответа. Как стыдно! А «Миррей Матье» даже не говорила успокаивающего: «Мы вам перезвоним». Она была предельно честна и кратка: «Извините, на данный момент вакансий нет. До свидания». Унося с собой мечту о фирменном галстучке, я вновь шла по Невскому. Впереди меня ждал «администратор без опыта работы».

Первое, что бросилось в глаза, когда я добралась до нужного места, как хорошо защищен офис. Массивные решетки на окнах, тяжелая железная дверь, камеры, домофон. Металлический голос спросил о цели визита. Меня пропустили внутрь. Дальше решетка, за ней еще одна крепкая дверь с глазком. Через этот дверной глазок меня внимательно рассматривал другой глазок. Вскоре я познакомилась и с его обладателем. Дверь мне открыл типичный боец разборок 90-х: бугристое от перекаченных мышц тело, квадратная челюсть, тяжелый немигающий взгляд. От страха я немного замешкалась на пороге. Мама дорогая! Куда я попала? Они что здесь, наркотой банчат? Осторожно прошла дальше, огляделась. Пока ничего криминального. Большая светлая комната разделена перегородками. За столами сидят тетеньки. Мне досталась кудрявая, в очочках, она представилась психологом, стали разговаривать. Ряд стандартных вопросов, анкетные данные, не употребляла, не привлекалась и т.д. Психолог что-то записывала, периодически поглядывая на меня поверх очков. Наконец допрос закончен. Итак, приговор.

-Милочка, вы нам подходите, мы берем вас на работу. Нас устраивает все: ваш возраст, образование, ваша внешность и психическое здоровье (да-да был и такой пунктик),  – Вы хотите узнать, какую работу мы предлагаем? Но предупреждаю, если вы будете ругаться и размахивать руками, мы вынуждены будем применить силу.

Ничего себе, заявочка! Я вновь ощутила, как по телу судорогой пробежал холодок. А вдруг действительно наркота!

Я напряглась и спиной почувствовала, как напрягся охранник. Ой, Жанна — дура! Сидела бы на Урале, не высовывалась. Я откашлялась: «Что за работа?». Ответ меня просто огорошил.

— Мы предлагаем вам работу администратора в борделе.

Ни фига себе! Вот так вакансия! А психологиня словно не замечала моего растерянного лица и спокойно продолжала: «Работа сутками, двое через двое, зарплата до пяти тысяч за смену. В обязанности входит: обзвон девочек, обзвон клиентов, расчет с наемными водителями, ведение журнала посещений, контроль за продлеванием услуги…»

Я слегка потрясла головой, приходя в себя от столь необычного предложения. А инструктаж продолжался: «Если девочка выездная, необходимо курировать ее на протяжении всей работы».

Голова шла кругом. Что я знаю о борделях? «Интердевочка» с Еленой Яковлевой. Улица красных фонарей в Амстердаме. Японские гейши. Но у нас-то не Япония. У нас это криминал. Я вспомнила страшные газетные истории о провинциалках, не поступивших в театральное, о бесправии, убийствах и рабстве в подпольном секс-бизнесе. И задала очень волнующий вопрос: «А для меня эта работа безопасна?».

Тетенька от удивления даже очки сняла: «Милочка, посмотрите на себя. Мы специально на эту должность берем невзрачных, возрастных женщин. Все наши девочки модельной внешности: маникюр, педикюр, солярий. Вы на себя посмотрите и успокойтесь, никто к вам приставать не будет».

 От возмущения я аж поперхнулась «Вот сучка!» Но на работу  согласилась, получила пароль и отправилась по указанному адресу.

И вновь проходя по Невскому проспекту, мимо Дома Книги, я невесело усмехнулась: « Вот ведь превратности судьбы: из Дома книги – в бордель».

Бордель находился на улице Восстания, недалеко от метро, у всех на виду. Особо не маскировался, да и пароль был немудреный «Два длинных, два коротких. Спросить Стаса. Я от Сюзанны». Классика жанра – Сюзанна. Интересно, это ее рабочий псевдоним или настоящее имя.

Я поднялась на второй этаж. И снова «пуленепробиваемая» дверь. Этим меня уже не удивить. Здесь подпольный бордель.

Дверь мне открыла возрастная женщина невзрачной внешности. Здравствуйте, коллега. Я от Сюзанны! Однако, приглашать меня не торопились. Я выжидающе смотрела на администраторшу, она оценивающе – на меня. Наконец, посторонилась и пропустила внутрь.

 Так вот ты какой, питерский бордель? Я почувствовала небольшое разочарование. Обычная переделанная коммуналка, большой холл с красными диванчиками, по обе стороны длинного коридора расходятся комнатки. Ничего особенного. Общага, блин! А где же легендарный красный фонарь? Где эротическая лепнина, где крамольные гравюры? В холле тот самый Стас нецензурно напутствовал на работу молоденькую проститутку. Он еще раз повторил  мне  должностные обязанности и  отправил знакомиться с коллегами и документацией.

 На следующий день я должна была выйти на работу. Меня аж потряхивало от нервного возбуждения. Я буду работать в борделе! Я видела живую проститутку! Эмоции и впечатления переполняли меня. Я поделилась этой новостью с сестрой и получила от нее восторженное одобрение. Я позвонила подруге и получила от нее ханжеское непонимание. Вечером, не выдержав, рассказала все мужу и получила от него… «люлей». Муж орал так, как будто я в этот бордель устраиваюсь работать не администратором, а проституткой-стахановкой. Я защищалась: «Валера, там платят хорошие деньги».

«Какие, к черту, деньги!– брызгал слюной мой разъяренный муж, — А если облава, мне тебя потом из ментовки вытаскивать? А если тебе понравится, мне тебя на трассе искать?»

Не отпустил.

 Вот так и не сложилась моя карьера в секс-индустрии. Но если вас заинтересовала эта вакансия, могу подкинуть адресок, пароль-то я помню «Два длинных, два коротких. Я от Сюзанны»